13 Mashtots ave., Yerevan, Armenia +374 41 501530, +37410 501530


The best way to discover Armenia


+374 41 501530

Легендарный Армянский коньяк

Армяне ведут историю своего коньяка еще со времен Ноя, когда библейский патриарх посадил у подножья горы Арарат первую виноградную лозу. Сохранилась память и о прародителе благословенного напитка. Еще с языческих времен в этой местности существовала традиция варить настой из тысячи трав — мерон. Им и сегодня омывают младенцев перед крещением. Один из виноделов по имени Паргев, живший при дворе царя Армении Тиридате (I в. н. э.), научился перегонять из этого настоя спирт. В 66 г. Тиридат отправился в Рим, к императору римлян Нерону, с великой свитой и с роскошными дарами, в число коих входил и мерон. По свидетельствам древнеримских историков Тацита, Светония и Плиния, Нерон, отведав мерона и возликовав от созвучности названия напитка его собственному имени, носился по амфитеатру в колеснице на бешеной скорости. Правил пиром сам, что с ним редко бывало. А за последующие дни пиров одарил армян таким количеством золота, что они с лихвой окупили свой приезд и дары.

Современная же история армянского коньяка началась в 1887 году, когда купец первой гильдии Николай Таиров (Таирян) построил на месте старой Эриваньской крепости первый в Российской империи коньячный завод. Новое производство просуществовало до 1899 года. Николаю Таирову оказалось не под силу наладить сбыт, и он продал свое дело русскому промышленнику Николаю Шустову. Фирма «Шустов и сыновья» реконструировала завод по последнему, на тот момент, слову техники, закупила перегонные аппараты шарантского типа, построила новый цех по ректификации спирта и установила в подвалах дубовые бочки для многолетней выдержки. Шустов сразу стал выводить свой продукт на рынок. Плакаты с его логотипом — медным колокольчиком и надписью «Коньяки Шустова» — украшали борта пароходов и дирижаблей. Рекламная кампания имела успех — продукция Шустова прочно закрепилась на российском рынке. История умалчивает, действительно ли Шустов был настолько уверен в своем коньяке или полагался на русский «авось», посылая в 1900 году бутылки своего детища на выставку в Париж. Дегустировали вслепую. И как в сказке: искушенные французские дегустаторы, отведав неизвестного напитка, признали его лучшим и присудили Гран-при. Имя производителя наделало много шума. Признанным виноделам нелегко было смириться с иностранным происхождением исконно французской марки. В знак уважения к качеству продукта они разрешили Шустову на своих бутылках писать — коньяк, а не бренди, как было положено называть все спиртные напитки, сделанные из винограда, не произрастающего в провинции Коньяк. Но самого высокого признания армянская продукция добилась только в 1913 году, когда компания «Шустов и сыновья» удостоилась чести стать поставщиком двора Его Императорского Величества. Подобный титул смогли получить только 30 отечественных и зарубежных предпринимателей. Для этого нужно было на протяжении как минимум восьми лет участвовать во всех губернских выставках и за все это время не получить ни одного нарекания на качество продукции.

После революции 1917 года, дело Шустова было национализировано. Имя его затерялось среди тысяч имен и судеб, перемолотых двадцатыми годами прошлого столетия. Правда, одно воспоминание о русском промышленнике все-таки сохранилось. К Ялтинской конференции 1945 года в Армении был выпущен специальный пятидесятиградусный коньяк «Двин». Сэр Уинстон Черчилль попросил Сталина продать ему партию бутылок. Сталин приняв задумчивый вид, ответил: «Советский Союз армянским коньяком обеспечен полностью, продать, пожалуй, можно». С тех пор регулярные поставки «Двина» к столу британского премьер-министра контролировались вождем народов лично. В письменных просьбах о высылке очередной партии Черчилль упорно именовал коньяк «шустовским». Отвечая, «наши» терпеливо поправляли: «бывший шустовский». Легальные поставки в Англию продолжались до начала холодной войны. После в этом лакомстве русские Черчиллю отказали. Однако пристрастия сэра Уинстона оказались настолько сильны, что он забыл про политические амбиции. Неведомо какими путями, но он продолжал добывать любимый напиток. Когда у престарелого Черчилля спросили, в чем секрет его долголетия, тот, не задумываясь, ответил: «Никогда не опаздывайте к обеду, курите гаванские сигары и пейте армянский коньяк!»